Про обучение

Мне всегда казалось, что обучение и приобретение навыков – это что-то торжественное. Ну, например: садись, сынок, сейчас будем изучать букву А. Или, допустим: поедем на море и будем там учиться плавать. Или: через три недели ты начнёшь получать карманные деньги, и мы вместе будем учиться тратить их в магазине.

Не-а. Ни фига. Жизнь идёт по какому-то своему плану. И все в ней подчиняется нестройному, но какому-то ужасно гармоничному ряду.

Вот вчера, во время родительского собрания в школе, моя дочка убежала с девочками в магазин. Сама. За мороженным. В минус семь. У неё нет карманных денег, поэтому я дала ей сто рублей. Они купили мороженное и ещё какую-то дрянь. И ели это на улице! Пришли отвратительно довольные, розовощёкие, с подарками друг от дружки.
И что? И вся выстроенная концепция – коту под хвост.

Или вот ещё случай, недели две назад. Ей приперло собирать ветки для какой-то поделки. Пойдём, говорит, собирать. А я говорю: не могу, устала. Отстань. Иди, если хочешь во двор и сама собирай. И что? Оделась и пошла. Она сама оделась и сама пошла. Насобирала веток и вернулась.

Или с теми же буквами. Никогда мы не учили алфавит. Просто приходилось к слову – обсуждали. По дороге в машине коверкали слова. Вообще, коверкание – это наша любима тема. Сейчас мы коверкаем ударения. И часто получаются забавные вещи.

Чаще всего мы это делаем не для того, чтобы «учиться», а когда скучно или нудно или устали, чтобы немного переключиться и поиграть. То есть никакой торжественности, бальных платьев и вот этого вот всего. Приземлённо, буднично, спонтанно, можно сказать, бесцельно и отчасти безответственно.

Иногда мне бывает обидно за нарушение моей картины мира, но в такие моменты я предлагаю себе заглянуть внутрь. Внутрь процесса и пространства, которые я создала. Долгие семь лет (да, для меня они были долгими и трудными, и не всегда счастливыми) я создавала возможность учиться так. Я сделала большую предварительную работу, прежде чем моя дочь могла вот так убежать в магазин, одна выйти во двор, самостоятельно научиться читать и хотеть читать. Я позволила ей зависеть, буквально висеть на мне, столько, сколько ей было нужно. Я и сейчас ей это позволяю. Я верю, что дорога в независимость проходит через зависимость абсолютную. Я верю, что дело в отношениях.

Это незаметная работа. Это плохо поддающаяся описанию работа. Это никем не оцениваемая работа. Работа, которую не замечаю даже я сама, пока не попрошу себя пристально на неё посмотреть.

Сейчас хочется торжественно и пафосно сказать так: давайте же будем ценить и уважать себя и то, что мы делаем, но я не могу – мне пора открывать двери дочке, вернувшейся с испытания нового снежколепа.